Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

«Слушая войну: дневник ополченца из России». Часть вторая

Алексей Огродников любезно разрешил мне опубликовать свой дневник, который он вел в 2014 году в бытность ополченцем на Донбассе.

*****

День седьмой, 3.08.2014 г.

Черт, как плохо спать по четыре часа в сутки, как устал от этого, но служба есть служба. Неплохо помогает кофе и курево (за день уходит до полутора пачек), а еще лучше артобстрелы, сидишь, слушаешь в твою сторону или нет, если в твою бегом в укрытие.
– Сэр, вам артобстрел интенсивный или редкий? Минометы, гаубицы? Для постоянных клиентов у нас есть спецпредложение –– авианалет, правда пока одиночный, «Градов», извините, не завезли, «укры» быстро разбирают.
– Знаете, голубчик, мне бы минометного, интенсивного и поплотнее, а то с утра вставать тяжело, служба-с, сами понимаете...
В обед остановил у ворот машину – «Ланос» обвешанный с двух сторон бронниками. Водитель назвался «Кибой» и сказал, что начальник связи ГБР «Бэтмен». Его интересовали вертолеты, можно ли хоть один из них завести. Отправил его к «Горынычу», тот поблагодарил за службу и долго бродил с «Кибой» по музею.
Вчера «Седого» (старший у ребят из Латвии) назначили начкаром, сегодня, вроде, наконец-то порядок в расписании караулов. В 16.00 ходили копать окопы для стрельбы лежа. Так как есть опасность взятия «украми» Хрещеватого, а на данном направлении город кроме нас никто не прикрывает. Грунт здесь сухой, тяжело поддается лопате, в разгрузке и кителе в степи жарко. Старшим с нами был «Карел» (бывший опер, исполняет обязанности зама «Горыныча» внутри второго поста). Очень актуальной оказалась моя фляжка, остальные воду не взяли. МПЛка тоже пришлась кстати. Когда пришли с обустройства позиций нам сказали, что первый пост поймал человека, парень 1993 года рождения, его повели на допрос в военкомат. Минометный обстрел был опять под ночь, получили нагоняй от «Горыныча» за шум и нарушение светомаскировки фонариками. Вражеские минометчики кладут мины очень близко от нас.
Collapse )

promo twower dezember 14, 2014 05:43 72
Buy for 200 tokens
Этот пост в основном предназначен для тех посетителей, кто впервые заглянул в мой журнал. Здесь собраны наиболее интересные, с моей точки зрения, материалы данного блога. 1. Интересные обзоры и статьи Армейская форма "цифра" Экипировка горных стрелков ВС РФ Бронеавтомобиль…

Разминирование Пальмиры


Группа военнослужащих Международного противоминного центра ВС РФ, награжденных 14.08.2016 г. за выполнение задач в Сирии

С 30 марта по 23 июня 2016 года отряд разминирования Международного противоминного центра Вооруженных Сил Российской Федерации выполнял специальную задачу по очистке местности от взрывоопасных предметов в населенном пункте Тадмор (Пальмира) Сирийской Арабской Республики. За время выполнения задачи военнослужащими Центра проверено более 825.1 га территории, 73.75 км дорог и 2574 здания, обнаружено и обезврежено 17456 взрывоопасных предметов, 517 из которых - самодельные взрывные устройства.
О своей командировке в Сирию рассказывают командир взвода разминирования старший лейтенант Морозов Олег Сергеевич и вожатый служебной собаки рядовой Кирияк Вадим Васильевич.



- Когда вы узнали, что предстоит поездка в Сирию?

Морозов О.С.: - Где-то за неделю до [поездки]. Мы готовились, нам сообщили, что выезжаем в Сирию. Конкретно дата еще не была известна. Дня за три «до» нам сообщили, стали собираться, экипироваться, загружать все необходимое в машины. Вылетели туда в конце марта. 31 марта мы уже там были.

Кирияк В.В.: Где-то за месяц до нее нам сказали, начали готовить. Зная тамошний климат, конкретно готовили собак к нему.

- Какие чувства в голове промелькнули, когда узнали, что вы точно едете в Сирию?

Морозов О.С.: Наверно даже больше желание. Это что-то новое, это практика, хорошая возможность проявить себя. Те же самодельные взрывные устройства – я с ними раньше не сталкивался, было интересно находить их, обезвреживать, уничтожать. Для меня это большой опыт.

Кирияк В.В.: Поначалу, честно, был небольшой страх. Но наши командиры сказали, что если человек не боится, то он может наделать много ошибок, которые могут повлечь за собой роковые последствия. У нас были достойные офицеры, они говорили, что у них есть конкретная задача, чтобы мы вернулись живыми, без потерь.

Collapse )

Лето 14-го. Часть первая



О своей службе в одном из подразделений Народной Милиции ЛНР рассказывает ополченец с позывным «Red».

*****
- Представьтесь, пожалуйста.

- Меня зовут Кирилл, сейчас мне 30 лет. Живу всю жизнь в Санкт-Петербурге. Сфера занятости – реклама и полиграфия, причем не дизайн, а само производство.

- Проходили службу в армии?

- В армии не служил по состоянию здоровья. Не потому что откосил, а действительно из-за проблем со здоровьем.

- То есть до Донбасса ни в каких боевых действиях участия не принимали?

- Вообще. У нас в школе была НВП, вот и все мое знакомство с [военным делом].

- Интересовались событиями на Украине, начавшимися осенью 13-го года? Я про Майдан.

- Нет. Конечно, новости читаю и смотрю, но мне что Уганда, что Украина… Как-то было одинаково. По всему бывшему СССР регулярно всплывает то переименование какое, то памятник снесут. Я бы не сказал, что это [для меня] из ряда вон [выходящее событие].

- То есть было безразличное отношение?

- Да. Принял к сведению и все.

- Что же тогда побудило Вас стать ополченцем?

- Тут на самом деле много факторов было. Весной же на Украине все пошло по нарастающей: Одесса, все остальное. В интернете стали активнее обсуждать, я тоже включился. В это же время… Я не могу сказать, что у меня появились проблемы на работе, нет, там все было хорошо. Но работа в большой степени нервная, я стал больше пить. В общем, пошло по нарастающей, как говорится: «И жить тошно, и помереть жалко». И вот весной, можно сказать, совсем уж депрессия началась… Тут выложили в интернете контакты [лиц, связанных с ополчением], я махнул на все рукой, решил, что жизнь проходит мимо меня и вот поехал…

- То есть хотелось как-то встряхнуться?

- Во многом это. Потому что мне кажется, что более-менее вменяемый человек на войну не поедет. Но и не только встряхнуться. Это и идеи… Я бы не сказал, что идеи «русского мира» [меня как-то побуждали к поездке]… Скорее возможность как-то помочь своей стране кроме налогов.

Collapse )

«Я был зенитчиком в «Оплоте». Часть первая



О своей службе в бригаде «Оплот» в качестве оператора ЗУ-23-2 рассказывает ополченец Игорь Орлов.

*****
- Сколько Вам лет? Откуда Вы?

- Мне 45 лет. Всю жизнь был городским человеком, но сейчас живу в деревне. Посовещались с семьей и решили лет 7-8 назад переехать в небольшую уральскую деревушку, оторванную от цивилизации. Связь, электричество есть, живем потихонечку. Есть свой небольшой бизнес.

- В армии служили?

- Срочку. Призывался в 91-м году. Служил в развед.дивизионе гаубичного артиллерийского полка оператором станции наземной артиллерийской разведки СНАР-10.

- В ту пору доводилось принимать участие в боевых действиях?

- Нет. Я тогда был другим человеком и мыслей [об участии в войне] у меня бы и не возникло, чтобы добровольно туда полезть. Но со временем что-то во мне изменилось и я всерьез изучал вопрос, как в Сербию поехать. Но тогда не нашел выходов на структуры, которые помогали туда попасть. В одиночку же я не решился поехать.
А вот эта вот война на Донбассе прямо как-то всколыхнула. Не выдержал и, по сути, сбежал туда. Семья моя была против категорически. Прозвучало даже такое, что, мол, если ты уедешь, то возвращаться тебе будет некуда. Но вот я вернулся и все хорошо.

- До начала боевых действий на Донбассе следили за событиями на Украине, на том же Майдане?

- Да. Судя по тем видео, что я посмотрел и тогда, и после, пацаны там стояли насмерть. Те люди, кто стояли [там]… Мужество у них поразительное. Уважуха и респект, как сейчас говорят. Но проблема в том, что в результате их действий пришли к власти люди, которые мне совершенно не симпатичны. Такое вот двоякое [отношение].

- Чем именно Вам не понравились новые власти Украины?

- Откровенно прозападной позицией. Они забыли, что Россия им ближе. Что они стоят на передовой и им надо выбрать. Они выбрали другую сторону. Я с этим не согласен. А уж после того, как они начали… Вместо того, чтобы договариваться со своими людьми, хоть какой-то диалог включить, они просто начали давить. Я их даже не осуждаю за это дело, я просто с ними не согласен.

- Когда приняли решение, что пойдете в ополчение?

- В мае. Вернее, еще в марте хотел поехать в Крым, там помочь. Через местных казаков попросил навести справки как там и что. Связали меня кое с кем, сказали, что там все нормально, нет необходимости ехать. Ладно, все, успокоился.
В мае на Донбассе началась стрельба, и я говорю семье: «Отпустите меня, я туда поеду». Два месяца я их уговаривал, частенько об этом разговаривали. В конце концов сбежал.
Через тех же казаков. Тут был попутный груз гуманитарной помощи ополчению со Свердловской области, вот меня на этой машине и довезли… Там еще были люди, целая группа ехала… Вот мы все вместе и доехали до Ростова, а оттуда в Донецк.
Collapse )

От Брянки до Дебальцево. Часть вторая

Продолжение интервью с ополченцем kyl_tiras

*****
- Знали ли Вы заранее, что под Дебальцево будет наступление?

- Слухи были, но когда это будет, где это будет никто не знал. Догадывались примерно, что это будет под Дебальцево, потому что других вариантов особо и не было. Правда, предполагали, что отрезать будут не по линии Логвиново, а по линии Мироновского.

- Какую должность Вы занимали на момент начала операции?

- Штатное расписание в бригаде отсутствовало. Точнее было, но условно и должностей четких не было. «Комода» [командира отделения. – прим.] мне дали ещё под Лисичанском. Было у меня отделение тяжёлого вооружения: СПГ-9, АГС-17, 3 РПГ-7, ПК и ПТРД у меня как у «комода». Под Дебальцево выполнял роли командира подгруппы, заместителя командира группы. Бывала и «автономка», но с малым количеством личного состава: 1-3 двойки.

- С РПГ уже не ходили?

- Мы, когда стали ДРГ, то могли выбирать себе оружие под задачи. Осенью я обзавелся РПК 7.62, а в конце января к нему появился барабан на 75 патронов, чему я был очень рад.

- Как для Вас началось наступление под Дебальцево?

- В 20-х числах января, я уже не помню точную дату, может и 18-19 число, поступил приказ выдвинуться к Ломоватке. В тот же вечер, часов в 9-10, выдвинулись на НП возле Веселогоровки во взаимодействии с ДРГ «Рязань». Днем я по своей привычке включил сканер на радиостанции и услышал, как казаки Дремова ведут наступление в районе или Калиново, или Троицкое. Слышал, как они заходили в него, как пытались закрепиться в поселке, как вызывали поддержку артиллерии, как пытались корректировать ее, как потом «Градами» по себе же попали. Потом видел, как началось наступление 4-й бригады с нашей стороны: пара танков, БМП с двумя ротами пехоты и почему-то с прицепленными сзади полевыми кухнями пошли через Веселогоровку куда-то в сторону Троицкого-Попасной. Зачем-то поперлись прямо походной колонной на укрепленный пункт. Одну из БМП тогда вроде бы ПТУРом подбили. Меня, кстати, еще командование благодарило, что я подсказал, что это наши танки там пошли, а не противника. Это реально меня добило. Вечером через нас прошел экипаж той подбитой БМП, а затем нас на НП поменяла другая группа.
Через пару дней была поставлена задача по занятию Полевого и Санжаровки, корректировке огня по укрепрайону возле Санжаровки. Но выдвижение было неудачным: на полпути, когда только хотели перейти через перевал, нас обстреляли с одной стороны, а когда мы хотели вернуться по дороге, то еще раз обстреляли еще и с другой. Откатились в кювет, вытащили флаг Новороссии, вздернули его на палке, так как догадывались, что с той стороны [откуда стреляли] были танкисты батальона «Август». И вот так вот, помахивая флагом, группа разведки пошла «мириться» с танкистами. Костин, комбат «Августа», нахраписто пытался нас подчинить себе, но я съехал на том, что мне таких приказов не поступало. Тогда он попросил меня помочь найти пропавшие танки. Оказалось, что часть танков под командованием командира разведки «Чиса» куда-то пропала. Обычный бардак: то нет связи, то связь есть, но не поймут где они, хотя находились в 3 километрах друг от друга. Когда мне комбат «Августа» показывал свое расположение на карте, то тыкнул на позицию в 2 км в сторону «укропов» и где-то в квадрате рядом с реальным расположением. Потом посадили нас в БТР, поехали по следам танков. В один момент командир БТРа начал предложил ехать в совсем другую сторону. В общем, вернулись и я сказал Костину, что пусть сам ищет свои танки, а мне свои задачи выполнять надо. Пошли мы в Полевое. К тому времени, когда пришли туда, танки «Августа» заняли и Полевое, и Санжаровку. Нам поставили иную задачу по занятию одного их домов в начале Санжаровки и разведки оттуда. Ночью к нам пришли разведчики из «Августа» и, помявшись, спросили: «Пацаны, у вас карта есть? Дайте хоть посмотреть, где мы!» Выяснилось, что этот командир отделения подходил к «Чису» с такой просьбой, а тот сказал, что, мол, тебе карта не положена. У меня была с собой карта-генштабовка, «пятисотметровка», распечатанная из интернета, где был обозначен укрепрайон и условное размещение техники на нем. Вот ее показал им, они поблагодарили, мол, наконец-то карту увидели.
Collapse )

От Брянки до Дебальцево. Часть первая

Интервью с ополченцем kyl_tiras

*****
- Расскажите о себе.

- Мне 22 года, я уроженец города Брянка Луганской области. До войны работал на заводе. По паспорту я украинец, по духу… Донбасс, в принципе, интернациональный регион. Здесь можно найти людей со всего Союза, разных национальностей.

- В армии служили?

- Нет, меня по состоянию здоровья за хронический гайморит списали.
До событий Майдана 13-го года я считал себя патриотом Украины. Даже в его начале я, как и многие, поддерживал его идеи, потому что действующая на тот момент власть не нравилась никому. Я был даже согласен с выражением «Спасибо народу Донбасса за президента-п***са». Потом посмотрел на то, что творится на Майдане и понял, что без огромного вливания денег, без внешнего руководства такое сделать нереально. Когда закончился Майдан, и у нас на Донбассе начались митинги, то я на них начал выходить. Но без особой активности. Под зданием СБУ в Луганске на митинге пару раз был в апреле, но мне тамошний контингент не понравился. В начале апреля организовали блокпост в Брянке, дежурили на нем, там же приняли решение присоединиться к Мозговому. Собирались многие, но пошли к нему в 20-х числах апреля только человек 10. Мозговой в то время уже перебазировался из Луганска в район Нижней Ольховой.
Там впервые начали создавать организованный отряд, начались первые попытки обучения.

- Что именно побудило Вас пойти в ополчение? Вы предполагали, что украинская армия может предпринять какие-либо силовые действия против несогласных с новыми киевскими властями?

- Когда я вступил в ополчение, то еще не было понятно, что в итоге будет. Мы реально не могли предположить, что будет война, что Украина начнет полномасштабную войну против нас. Поначалу мы просто хотели не допустить событий, имевших место быть на Западной Украине. Когда «Правый сектор» (организация запрещена в РФ. - прим.); с группами самообороны Майдана захватывали воинские части, разоружали их. Когда в том же Харькове они людей просто расстреливали.
Потом решили, что необходимо провести референдум, на котором люди могли бы принять решение о присоединении к России. Как Крым. Или же об автономии в составе Украины. Основная масса хотела присоединиться, автономии желал небольшой процент населения. Часть людей с самого начала хотела присоединения. Помню, на том же митинге под СБУ одно не очень трезвое тело кричало в стиле экзорциста: «Путин, приди!» Но Путин не пришел…

- Кстати, по поводу Крыма. Как Вы восприняли появление «вежливых людей» и его дальнейшее воссоединение с Россией?

- Положительно.

- Вы говорили, что были патриотом Украины. Не было возмущения, что другое государство…

[перебивает]- Какое другое государство?! Народ-то один. Да, я был патриотом Украины, но потом все переосмыслил. Часто вспоминаю одну фразу из песни Люмена: «Я люблю свою страну, но ненавижу государство». Если бы украинские власти не проводили политику «разделяй и властвуй», все время стравливая Восток с Западом, то эти части могли бы спокойно и мирно сосуществовать вместе. Никакой ненависти изначально не было. Мы, конечно, помнили бандеровцев 40-50-х годов, но ненависти к своему народу не было. Сейчас у основной массы населения здесь [на Донбассе] она, конечно, присутствует. Но у меня ненависти к Украине нет.
Collapse )

Учился на командира? Будешь пулеметчиком!

При всей своей "замечательности" новость, конечно, аховая: элитных сержантов в войсках ставили обычными водителями и пулеметчиками:

С октября 2014 года в войсках Центрального военного округа началось выдвижение на должности младших офицеров достойных сержантов контрактной службы с присвоением им офицерских званий. Первые младшие лейтенанты и лейтенанты из числа контрактников появились в 15-й мотострелковой бригаде миротворческих сил России, которая раньше других была полностью укомплектована солдатами и сержантами по контракту.
– На наш сержантский факультет отбирали, как в первый отряд космонавтов. На сборах в Таманской дивизии из двух тысяч кандидатов достойными признали лишь 67. Конкурс был 30 человек на место – это выше, чем на десантный факультет РВВДКУ! – объясняет Иван Бирючинский. – Спасибо Воздушно-десантным войскам, нашим командирам и преподавателям из ВДВ за десантную подготовку, за 21 прыжок с парашютом. К сожалению, для некоторых выпускников затем не нашлось сержантских должностей. Так, наш однокашник младший сержант Николай Слонимец после выпуска был назначен водителем, а младший сержант Руслан Токплатов стал рядовым пулемётчиком.
Командир 1-го мотострелкового батальона подполковник Василий Честнов рассказал, что в начале прошлого года Иван Бирючинский пришёл к нему с отношением из части ВДВ и попросил о переводе к новому месту службы, поскольку не видит здесь для себя перспективы.
– Знал его как очень толкового, способного младшего командира, – признаётся подполковник Честнов. – Поэтому предложил ему обратиться непосредственно к министру обороны с письмом, в котором обрисовать сложившуюся ситуацию. И добавил, что до получения ответа буду держать для него свободной ставшую вакантной должность командира мотострелкового взвода в первой роте.
Иван Бирючинский после такого напутствия своего комбата отправил главе военного ведомства личное письмо-исповедь. И был просто потрясён, когда буквально через неделю в штаб бригады пришла телеграмма от министра обороны с распоряжением подготовить на него представление на офицерскую должность и присвоение звания младший лейтенант.
– Это был самый замечательный день в моей жизни! Товарищи назвали меня «крестником» министра обороны. А я добавлю, что считаю Сергея Кужугетовича «крёстным» и для своего сына Савелия, который родился уже сыном офицера, а мы с женой Настей переехали после его рождения из общежития для контрактников в свою квартиру в доме офицерского состава.



Человек 2 года и 10 месяцев учился, чтобы стать командиром взвода/заместителем командира взвода/командиром группы/старшим техником, а на выходе получил пулемет... При этом ведь на должностях сержантов (уверен в этом на 100%) стояли слабоподготовленные контрактники, которых просто на безрыбье в свое время назначили на должность.
Помню, когда общался с курсантами этого факультета в 2011 году, у ребят искренне глаза горели: "Мы - сержанты новой армии! Мы - лучшие! Мы изменим вооруженные силы! Мы будем обучать солдат по-новому!"
Маразм.

Позывной «Чис». Атака на опорник



О своем участии в боевых действиях на Донбассе рассказывает ополченец с позывным «Чис», командир разведывательного взвода отдельного танкового батальона «Август» Народной Милиции Луганской Народной Республики.
Продолжение


*****
- Расскажите о событиях 25 января, о танковой атаке на опорник.

- На 4-й день у нас была вторая попытка взять 302-ю высотку. К тому времени, правда, часть танков были сняты и отправлены под Чернухино. А из примерно 15 оставшихся, полностью рабочими были 6 машин. Цифра [15. – прим.] примерная, точно не могу сказать, потому что танки постоянно ломались, вывозились на ремонт в Брянку, возвращались оттуда в строй.

Товарищ Костин совершил большую ошибку. Пускай это будет на его совести. Приехал Костин и сказал мне: «Собирай свою разведку, в час будет штурм». Я зашел в домик, сказал своим: «Отдыхаем, готовимся». Набили все патроны, медицинку, гранаты, «Шмелей» набрали, всё разложили, все готовы. Говорю: «Ложитесь сейчас. Час у нас есть, в час сбор и выходим». Это было в 12 дня. Потом слышу, танки зашумели. Но это было обычным делом: как заняли Санжаровку, я в течение всех этих дней разрешал выезжать на высотку и стрелять по 302-й. Вот я и подумал, что они поехали стрелять. Без всякой задней мысли, все ж Костин моих годов, на три лета старше меня, мозги-то у него есть.

И вот я выхожу без пяти час, Костин стоит. Спрашиваю: «А где танки?» «А они уже штурмуют», - говорит. Я был в шоке. Думал, что стреляют с бугра, а они уже на самой высотке. Как, товарищ полковник, вы отправили танки на высотку без поддержки пехоты??? Чтобы их там «семерками» [РПГ-7. – прим.] пожгли??? А так и произошло. Наступление было назначено на час дня, но он перенес его на 12. Собрал всех танкистов и сказал: «Выступайте! Вперед!» И 8 танков пошло: 6 полностью рабочих и 2 в прикрытии, у которых пушки не стреляли.

- Приказ сверху на штурм был?

- Да, был приказ сверху взять штурмом высотку, дождавшись Пашу Дремова [c подразделениями Дремова]. Паша Дремов должен был подъехать к часу. Но они - его пехота, казаки – задерживались и прибыли только в третьем часу дня. Можно было и в 3 часа штурмовать. Но Костин решил даже не в час, а в 12. Решил, мол, чё ждать? Ломанем, танки зайдут, как в сказке, все разломают. А то что тактика боевых действий техники в укрепленных районах иная…
Collapse )

Я служил в «Призраке». Часть вторая

Продолжение интервью с ополченцем, проходившим службу в бригаде «Призрак», а затем в народной милиции Луганской Народной Республики с ноября 2014 года по сентябрь 2015 года.

*****
- Средний возраст ополченцев?

- Соцопрос я, конечно, не проводил, но из тех людей, с кем общался, большинство были старше 30 лет. Было немного и пожилых, в районе 50 лет. Моложе 22 лет никого не встречал.

- Примерное соотношение среди ополченцев местных и добровольцев из других стран?

- В нашем отряде ДКО (Добровольческий коммунистический отряд - прим.) было много приезжих, практически 85%. Остальные – местные. В других отрядах местных было больше, как мне кажется. Добровольцы, кстати, были из разных стран. У нас, например, было много ребят из Германии. Это наши бывшие соотечественники, русские немцы, которые жили в Казахстане, а в 90-е уехали в Германию. Я был удивлен, что из сытой Германии приезжают не какие-нибудь безработные, а, например, преподаватель института. Отличный мужик.

- Ради чего он приехал на войну?

- Воевать за «русский мир».

- Были еще представители дальнего зарубежья?

- В «Призраке» было много европейцев: из Италии, из Испании. Даже были из Латинской Америки. Про их мотивацию точно не скажу, у них там в голове какая-то «че гевара» вечная с мировой революцией, коммунизмом во всем мире. Они именно поэтому и ехали в наш добровольческий коммунистический отряд: за идеями коммунизма, борьбы за народное благо, равенство, против олигархов и все в таком роде. И сейчас там иностранцы служат. Там на месте имеется специальный человек, который работает с иностранными организациями, помогающим попасть добровольцам на Донбасс.

- Как они себя проявили в военном отношении?

- Если честно, то толку от них немного, по-русски ведь не говорят. Например, когда я прибыл на Донбасс, то у нас было 5 испанцев, из которых русский знал только один. И то очень плохо. Английский тоже очень ломанный. С ними объясняться был такой геморрой, вы просто себе не представляете. Ставишь ему задачу и непонятно, понял он тебя, не понял… Их использовали, в основном, для нарядов в тылу, охранять что-нибудь. Они пробыли там недели три, потом один из этих испанцев погиб, а остальные всей группой уехали.
Collapse )

Я служил в «Призраке». Часть первая

Интервью с ополченцем, проходившим службу в бригаде «Призрак», а затем в народной милиции Луганской Народной Республики с ноября 2014 года по сентябрь 2015 года.

*****
- Расскажите немного о себе.

- Мне 39 лет. Родился в Северодонецке Украинской ССР, два года там прожил, затем с родителями переехал на Дальний Восток. Потом я уже сам переехал в Питер, где и прожил почти 17 лет. Я никогда не служил в армии, к военному делу никакого отношения не имел. Являюсь кандидатом в мастера спорта по пулевой стрельбе из спортивной винтовки. Занимаюсь боксом, самбо, нахожусь в хорошей физической форме. Состоял в добровольном обществе спасателей, занимался поиском и спасением людей. Туризм любил. То есть можно сказать, что мне в каком-то смысле были близки экстремальные направления деятельности: путешествия, выживание на природе. Это меня не пугало.
Образование у меня высшее. Была неплохая работа, свой бизнес.
Многие считают, что добровольцы ехали воевать на Донбасс от безысходности. Мол, едут только те, кому здесь заняться нечем. В общем, чуть ли не сброд. На самом деле туда шли самые разные люди. Были и лихие ребята, не чета тургеневским барышням, но процентов 90 было вполне адекватных людей. С определенным бэкграундом, разной историей, с разной жизненной ситуацией, но вменяемые. У многих до войны был свой бизнес, хорошая работа, семьи, то есть им было что терять. Но они пошли воевать, потому что враг пришел домой.

- У Вас есть какие-либо политические убеждения?

- Никаких. Я абсолютно аполитичен, ни в какой партии не состою. Но если дальше будет вопрос, как я отношусь к Путину, то отвечу, что он лучшее, что может быть для России в данной ситуации. Если бы он не пришел в власти в 99-м, то сейчас бы этой России не было бы. Была бы какая-то другая страна. Это не значит, что я какой-то «запутинец» или там воевал за него.

- Вы отслеживали события на Украине в ноябре 2013-феврале 2014 года, когда бушевал Майдан в Киеве? Какое к ним было отношение?

- Это уже не первый майдан на моей памяти, помню еще тот, «оранжевый», 2004-го года. Относился к ним раньше как-то так: «Ну, буянят наши братья меньшие, неразумные, волнуются. Побесятся и перестанут.»
За майданом, начавшимся в 13-м году, следил внимательно: после работы обязательно включал телевизор, смотрел новости. И мне в голову не могло прийти, что это выльется в то, во что вылилось.

- Что побудило Вас пойти в ополчение осенью 2014 года?

- Я, если честно, хотел поехать туда еще в мае. Но меня задержали на некоторое время определенные причины. Я не совсем понимал куда ехать, как это все будет выглядеть. Не хотелось попасть в какую-нибудь банду, потому что оказаться вне закона мне совершенно не улыбалось.
Когда же после боевых действий в Донецком аэропорту стало понятно, что там уже не шутки, не обычные беспорядки, а действительно началась война, я начал потихоньку собираться. Решил все дела в бизнесе с партнерами, так как понимал, что на войне всякое может случиться, мог и не вернуться. Это заняло у меня месяца четыре. Еще летом 14-го стал присматриваться, выбирать куда поехать и понял, что надо пробираться к Мозговому. Во-первых, он мой земляк из Рубежного: Лисичанск-Рубежное-Северодонецк – это одна агломерация. Во-вторых, мне были близки его взгляды по поводу Новороссии и борьбы против вот этой вот олигархии либеральной, против нацизма. Если честно, то я, конечно, сильно сомневался в том, что можно построить ту Новороссию в том виде, как он ее представлял. Но мне очень импонировало, что Борисыч идейный, что он за народ бьется.
Я обзвонил много людей в Ростовской области, которые собирали людей в тренировочные лагеря, интересовался, что и как. В процессе всего этого наткнулся в интернете на информацию, что создается Добровольческий коммунистический отряд (ДКО) для отправки как раз в «Призрак», к Мозговому. Я связался с людьми из КЦПН (Координационный центр помощи Новороссии – прим.), работавшими над организацией отряда, отправил им автобиографию. Получил добро, собрался и поехал.
Чтобы были понятны причины моей поездки, скажу так. Я начало боевых действий на Донбассе воспринял так, как если бы они начались где-нибудь в Белгородской или Ростовской области. Я воспринимаю Донбасс, как часть России, «русского мира», называйте, как хотите. То есть пришел враг, пусть это даже те же славяне, но это нацисты, и они не шутят. Они убивают людей, и если им позволить двигаться дальше, то следующим будет Крым, может еще что-то. Может я и ошибался, но я так думал, когда туда поехал. Я просто хотел оказать помощь.
Collapse )