Category: лытдыбр

Поиск воспоминаний ветеранов об окружении под Харьковом в мае 1942 года. Запись №1

Уважаемые читатели! Мне очень нужна ваша помощь. Последние пару месяцев я собираю материалы об окружении советских войск под Харьковом в мае 1942 года. Помимо официальных документов меня интересуют и личные воспоминания участников тех боев. Возможно, вам когда-либо попадались мемуары нижеперечисленных лиц, интервью с ними, послевоенная переписка с однополчанами, показания, в общем, любая информация об их участии в майских боях южнее Харькова либо последующем пребывании в плену.

(звания и должности указаны по состоянию на май 1942 года; в ФИО, годах рождения, званиях, должностях возможны ошибки, вызванные некорректным заполнением документов)
Демин Иван Фролович, подполковник, начальник 1 отделения развед. отдела штаба 6 армии. 11.11.1905 г.р. Был в плену.
Лямин Николай Иванович, полковник, начальник штаба 6 армии. 1896 г.р.
Катасонов Алексей Гаврилович, полковник, начальник артиллерии 6 армии. 1901 г.р.
Гусев Александр Андреевич, командир 148 стрелкового полка 47 стрелковой дивизии.
Калиберда Александр Никитович, полковой комиссар, военный комиссар 148 стрелкового полка 47 стрелковой дивизии. 1900 г.р. Был в плену.
Колесников Павел Родионович, младший политрук, политрук роты ПТР 148 стрелкового полка 47 стрелковой дивизии. 02.10.1906 г.р. Был в плену.
Киселев Никита Павлович, политрук, 148 стрелковый полк 47 стрелковой дивизии. 1913 г.р. Был в плену.
Редькин Михаил Федотович, старший политрук, комиссар батальона 148 стрелкового полка 47 стрелковой дивизии. 1900 г.р. Был в плену.
Васин Николай Георгиевич, техник-интендант 2 ранга, командир взвода снабжения 148 стрелкового полка 47 стрелковой дивизии. 1919 г.р. Был в плену.
Бондаренко Владимир Кириллович, техник-интендант 1 ранга, начальник ОВС 148 стрелкового полка 47 стрелковой дивизии. 1913 г.р. Был в плену.
Самойлов Сафон Ильич, техник-интендант 2 ранга, командир взвода снабжения 148 стрелкового полка 47 стрелковой дивизии. 18.03.1915 г.р. Был в плену.
Гаджиев Фатула Саидович (Годжиев Фатула Сайдович), техник-интендант 1 ранга, начальник аптеки 148 стрелкового полка 47 стрелковой дивизии. 1913 г.р. Несколько месяцев был в плену.
Collapse )
promo twower december 14, 2014 05:43 73
Buy for 200 tokens
Этот пост в основном предназначен для тех посетителей, кто впервые заглянул в мой журнал. Здесь собраны наиболее интересные, с моей точки зрения, материалы данного блога. 1. Интересные обзоры и статьи Армейская форма "цифра" Экипировка горных стрелков ВС РФ Бронеавтомобиль…

Про память потомков

К опубликованной вчера статье из "КЗ", где офицер возмущается тому, что некоторые авторы просто выдумывают для красного словца какие-нибудь боевые эпизоды, чтобы реальный ветеран выглядел на страницах их произведений еще героичнее (если вкратце: и так вполне заслуженному офицеру Ибрагимову пара авторов приписала участие еще и в освобождении Бреста, который он не освобождал, потому что воевал в это время в другом месте). По итогам прочтения книг с этим выдуманным эпизодом, благодарные соотечественники возгорелись желанием отдать почести почившему земляку-герою и повесили памятную доску с упоминанием Бреста:


Фото ©Википедия

Так вот. Читал эту историю и вспоминал один случай из собственной практики. У него несколько иной антураж, но некоторые общие черты есть. В январе 2000 года, когда мы были в Чечне, в моей роте произошло ЧП. Чтобы не повторяться, скопирую свой пост девятилетней давности:

Он прибыл к нам 28 декабря 1999, когда рота занимала совхоз "Родина", пригородный поселок под Грозным. 26-летний контрабас, который хотел отомстить за смерть брата во время первой войны. 10 января, ночью, подбив еще двух срочников, он пошел на мародерку в многоэтажки за пустырем. Нас оттуда постоянно обстреливали снайперы, но это почему-то не остановило бойцов. Их встретили там. Взяли в плен. Тяжело раненого при задержании срочника добили, контрабаса, как приехавшего по понятиям чехов за наживой наемника, зарезали. Остался в живых лишь один срочник. Его потом предлагали поменять на продовольствие и боеприпасы, да не срослось. Освободили пацана уже не мы - другая часть. Тела контрабаса и срочника нашли через полмесяца, при занятии тех многоэтажек. Их собаки обгрызли.


В рассказе я не упомянул тогда, что один из этих срочников (уж не помню кто из них: тот, кто погиб, или тот, кто в плен попал) стоял на посту. Соответственно пост он бросил, а значит подставил своих товарищей, которых могли боевички, воспользовавшись отсутствием часового, и врасплох застать.
Прошло много лет, и я как-то загуглил ФИО этого самого погибшего срочника. И с удивлением узнал из СМИ, что его фамилией названа одна из улиц в родном городе. Собственно, прижизненных боевых подвигов за ним не числилось, поэтому увековечивали, судя по всему, просто память о погибшем земляке. Само собой не зная реальных обстоятельств гибели, которые на увековечивание никак не тянут.
Дополнительным плюсом в пользу решения об увековечивании могло послужить и следующее. Дело в том, что в последние N лет военнослужащие у нас если и гибнут, то делают это чуть ли не обязательно героически. Во всяком случае на бумаге. Нельзя просто так взять и погибнуть по собственной или чужой глупости. Все должно быть красиво, в бою и на благо Родины. Поэтому очень часто семье погибшего еще и вручается стандартный в этих случаях орден Мужества посмертно. При вручении ордена военком рассказывает некую историю этой самой героической гибели. Которую излагает, видимо, в меру собственной фантазии. Знаю реальный пример с памятной доской, гос. наградой и героической историей при реальной смерти из-за собственной забывчивости и неосторожности (но она не для печати).
Контрактник погибший быть может тоже имеет улицу, названную в его честь, но я просто забыл его фамилию и адрес, поэтому проверить не могу.

Служба по контракту. Спецназ

Очередной материал о том, как служится по контракту в разных видах и родах войск:

*****
- Приходится ведь расходовать средства и на покупку хорошей экипировки для личных нужд. Сколько Вы сами на себя потратили денег, закупаясь всем этим?

- Надо понимать, что хоть у нас и подразделения специального назначения, но имуществом они обеспечиваются, как линейные части. Вот есть комплект «Ратник» - и это все твое снаряжение. И пусть там есть комплект «Разведчик» и тому подобные, но по факту это все снаряжение для пехоты. «Ратник» для наших задач просто не подходит. По факту из него используются только отдельные элементы. Плюс качество комплекта невысокое. С рюкзаком из «Ратника» ни один адекватный человек ходить не будет. Даже если вы совсем вот только пришли в спецназ, всегда можно подойти к старшине, и он даст какой-нибудь хороший б/у рюкзак из запасов. И у него лямки не оторвутся на полпути, как у рюкзака из «Ратника». Маскхалат «Ратника» просто опа полная. По факту, что из ВКПО, что из «Ратника» в полях используются лишь единичные элементы. Даже у новичка, который недавно пришел, из ВКПО будет, пожалуй, только флиска, ветроводозащитный костюм, тент и может быть термобелье. И все.
Все тратят разные суммы. Кто-то побольше, кто-то поменьше. Я болею всем этим и могу потратить большие деньги.

- Хотя бы примерный порядок цифр?

- Не надо спрашивать, я просто не люблю отвечать на такие темы. Это огромные деньги. Сотни тысяч. [UPD. Поскольку возникло множество вопросов типа: "Куда ж потрачены такие деньжищи?" Это сумма трат на все то, что данный военнослужащий решил приобрести себе для выполнения служебных задач: одежда, обувь, медицина, оптика, приборы наблюдения и т.п. - прим.]

- Как Вы смотрите на то, чтобы военнослужащим подразделений специального назначения выдавалась определенная сумма на приобретение экипировки?

- Дело это благородное, но в рамках нашего министерства обороны оно реализовано не будет. Потому что потом надо будет проверить, что ты купил, а для этого нужно иметь более широкий кругозор тем людям, что приезжают нас проверять, и которого у нынешних проверяющих нет. Отдельные бригады спецназа проверяются пехотными офицерами из округа, которому эти бригады подчиняются, спецназ ВДВ проверяется представителями штаба ВДВ. Все эти люди, к сожалению, просто не компетентны в том, что они проверяют, не понимают специфики нашей работы. Они не разбираются в нашей экипировке, наших средствах связи и обращают внимание лишь на внешние атрибуты: чтоб опись на ящике правильно висела, бирки красиво пришиты и т.п.
Вот получим энную сумму денег не каждый лично, а даже на группу. Как проверяющему объяснить, что мне надо минимум три-четыре пары обуви? Посмотрите, какой ужас сейчас выдается под видом летних ботинок, а потом спросите себя о какой выдаче денег можно говорить? Для этого должны произойти очень серьезные изменения. Чтобы у всех частей СпН было единое командование, как это сделано за границей, аналог USSOCOM.
*****

Полностью материал читайте здесь.

Военный медик на Донбассе. Часть вторая

masipatak рассказывает о своей поездке на Донбасс в декабре 2014 - феврале 2015 гг и работе в подразделениях ДНР в качестве военного медика.

*****

Из дневника

*****
27.01.15
Если очень старательно пытаться попасть в задницу, рано или поздно у тебя это получится. У меня получилось.
Я в Горловке.
Как доехал – отдельная история. Написал рапорт (командир очень расстроился, но что делать). Отстоял последнюю вахту и в путь. Стою на автовокзале в гражданские вещички одетый, с баулом, а мне говорят: «Автобусы до Горловки не ходят, дорога простреливается». Приехали. Таксисты заломили цену, которую я просто не потяну (да и хрен знает куда завезут, может к «укропам»). Звоню человеку, который меня звал в медроту, договорились, что в Макеевке подберут. По дороге действительно били прямо перед нами, но мы проскочили без сложностей.
Познакомились со всеми, написал нужные бумаги и в общагу (больше суток не спал, отправили отсыпаться). За окном близко работает «арта» и РСЗО. В общаге температура средняя по улице (окон почти нет), ну хоть батареи работают (прижавшись к ней спиной можно жить).
Госпиталь на 52-55 коек, 50/50 тер/хир (что уже странно). Представляет собой что-то вроде реабилитационного центра. Серьезной хирургии нет (и не скоро будет), долечивание п/о периода в основном. Мне с боевыми этого пока хватит, думаю, а там посмотрим (в ГКБ схожу).
Командир, мужик суетный и шумный, сказал, что с оружием туго и, что буду много мотаться на боевые (типа МПП).
Пойду, гляну воду и, если есть, то baden-baden купаться-купаться.
*****

Collapse )

«Слушая войну: дневник ополченца из России». Часть вторая

Алексей Огродников любезно разрешил мне опубликовать свой дневник, который он вел в 2014 году в бытность ополченцем на Донбассе.

*****

День седьмой, 3.08.2014 г.

Черт, как плохо спать по четыре часа в сутки, как устал от этого, но служба есть служба. Неплохо помогает кофе и курево (за день уходит до полутора пачек), а еще лучше артобстрелы, сидишь, слушаешь в твою сторону или нет, если в твою бегом в укрытие.
– Сэр, вам артобстрел интенсивный или редкий? Минометы, гаубицы? Для постоянных клиентов у нас есть спецпредложение –– авианалет, правда пока одиночный, «Градов», извините, не завезли, «укры» быстро разбирают.
– Знаете, голубчик, мне бы минометного, интенсивного и поплотнее, а то с утра вставать тяжело, служба-с, сами понимаете...
В обед остановил у ворот машину – «Ланос» обвешанный с двух сторон бронниками. Водитель назвался «Кибой» и сказал, что начальник связи ГБР «Бэтмен». Его интересовали вертолеты, можно ли хоть один из них завести. Отправил его к «Горынычу», тот поблагодарил за службу и долго бродил с «Кибой» по музею.
Вчера «Седого» (старший у ребят из Латвии) назначили начкаром, сегодня, вроде, наконец-то порядок в расписании караулов. В 16.00 ходили копать окопы для стрельбы лежа. Так как есть опасность взятия «украми» Хрещеватого, а на данном направлении город кроме нас никто не прикрывает. Грунт здесь сухой, тяжело поддается лопате, в разгрузке и кителе в степи жарко. Старшим с нами был «Карел» (бывший опер, исполняет обязанности зама «Горыныча» внутри второго поста). Очень актуальной оказалась моя фляжка, остальные воду не взяли. МПЛка тоже пришлась кстати. Когда пришли с обустройства позиций нам сказали, что первый пост поймал человека, парень 1993 года рождения, его повели на допрос в военкомат. Минометный обстрел был опять под ночь, получили нагоняй от «Горыныча» за шум и нарушение светомаскировки фонариками. Вражеские минометчики кладут мины очень близко от нас.
Collapse )

Разминирование Пальмиры


Группа военнослужащих Международного противоминного центра ВС РФ, награжденных 14.08.2016 г. за выполнение задач в Сирии

С 30 марта по 23 июня 2016 года отряд разминирования Международного противоминного центра Вооруженных Сил Российской Федерации выполнял специальную задачу по очистке местности от взрывоопасных предметов в населенном пункте Тадмор (Пальмира) Сирийской Арабской Республики. За время выполнения задачи военнослужащими Центра проверено более 825.1 га территории, 73.75 км дорог и 2574 здания, обнаружено и обезврежено 17456 взрывоопасных предметов, 517 из которых - самодельные взрывные устройства.
О своей командировке в Сирию рассказывают командир взвода разминирования старший лейтенант Морозов Олег Сергеевич и вожатый служебной собаки рядовой Кирияк Вадим Васильевич.



- Когда вы узнали, что предстоит поездка в Сирию?

Морозов О.С.: - Где-то за неделю до [поездки]. Мы готовились, нам сообщили, что выезжаем в Сирию. Конкретно дата еще не была известна. Дня за три «до» нам сообщили, стали собираться, экипироваться, загружать все необходимое в машины. Вылетели туда в конце марта. 31 марта мы уже там были.

Кирияк В.В.: Где-то за месяц до нее нам сказали, начали готовить. Зная тамошний климат, конкретно готовили собак к нему.

- Какие чувства в голове промелькнули, когда узнали, что вы точно едете в Сирию?

Морозов О.С.: Наверно даже больше желание. Это что-то новое, это практика, хорошая возможность проявить себя. Те же самодельные взрывные устройства – я с ними раньше не сталкивался, было интересно находить их, обезвреживать, уничтожать. Для меня это большой опыт.

Кирияк В.В.: Поначалу, честно, был небольшой страх. Но наши командиры сказали, что если человек не боится, то он может наделать много ошибок, которые могут повлечь за собой роковые последствия. У нас были достойные офицеры, они говорили, что у них есть конкретная задача, чтобы мы вернулись живыми, без потерь.

Collapse )

Лето 14-го. Часть первая



О своей службе в одном из подразделений Народной Милиции ЛНР рассказывает ополченец с позывным «Red».

*****
- Представьтесь, пожалуйста.

- Меня зовут Кирилл, сейчас мне 30 лет. Живу всю жизнь в Санкт-Петербурге. Сфера занятости – реклама и полиграфия, причем не дизайн, а само производство.

- Проходили службу в армии?

- В армии не служил по состоянию здоровья. Не потому что откосил, а действительно из-за проблем со здоровьем.

- То есть до Донбасса ни в каких боевых действиях участия не принимали?

- Вообще. У нас в школе была НВП, вот и все мое знакомство с [военным делом].

- Интересовались событиями на Украине, начавшимися осенью 13-го года? Я про Майдан.

- Нет. Конечно, новости читаю и смотрю, но мне что Уганда, что Украина… Как-то было одинаково. По всему бывшему СССР регулярно всплывает то переименование какое, то памятник снесут. Я бы не сказал, что это [для меня] из ряда вон [выходящее событие].

- То есть было безразличное отношение?

- Да. Принял к сведению и все.

- Что же тогда побудило Вас стать ополченцем?

- Тут на самом деле много факторов было. Весной же на Украине все пошло по нарастающей: Одесса, все остальное. В интернете стали активнее обсуждать, я тоже включился. В это же время… Я не могу сказать, что у меня появились проблемы на работе, нет, там все было хорошо. Но работа в большой степени нервная, я стал больше пить. В общем, пошло по нарастающей, как говорится: «И жить тошно, и помереть жалко». И вот весной, можно сказать, совсем уж депрессия началась… Тут выложили в интернете контакты [лиц, связанных с ополчением], я махнул на все рукой, решил, что жизнь проходит мимо меня и вот поехал…

- То есть хотелось как-то встряхнуться?

- Во многом это. Потому что мне кажется, что более-менее вменяемый человек на войну не поедет. Но и не только встряхнуться. Это и идеи… Я бы не сказал, что идеи «русского мира» [меня как-то побуждали к поездке]… Скорее возможность как-то помочь своей стране кроме налогов.

Collapse )

«Я был зенитчиком в «Оплоте». Часть первая



О своей службе в бригаде «Оплот» в качестве оператора ЗУ-23-2 рассказывает ополченец Игорь Орлов.

*****
- Сколько Вам лет? Откуда Вы?

- Мне 45 лет. Всю жизнь был городским человеком, но сейчас живу в деревне. Посовещались с семьей и решили лет 7-8 назад переехать в небольшую уральскую деревушку, оторванную от цивилизации. Связь, электричество есть, живем потихонечку. Есть свой небольшой бизнес.

- В армии служили?

- Срочку. Призывался в 91-м году. Служил в развед.дивизионе гаубичного артиллерийского полка оператором станции наземной артиллерийской разведки СНАР-10.

- В ту пору доводилось принимать участие в боевых действиях?

- Нет. Я тогда был другим человеком и мыслей [об участии в войне] у меня бы и не возникло, чтобы добровольно туда полезть. Но со временем что-то во мне изменилось и я всерьез изучал вопрос, как в Сербию поехать. Но тогда не нашел выходов на структуры, которые помогали туда попасть. В одиночку же я не решился поехать.
А вот эта вот война на Донбассе прямо как-то всколыхнула. Не выдержал и, по сути, сбежал туда. Семья моя была против категорически. Прозвучало даже такое, что, мол, если ты уедешь, то возвращаться тебе будет некуда. Но вот я вернулся и все хорошо.

- До начала боевых действий на Донбассе следили за событиями на Украине, на том же Майдане?

- Да. Судя по тем видео, что я посмотрел и тогда, и после, пацаны там стояли насмерть. Те люди, кто стояли [там]… Мужество у них поразительное. Уважуха и респект, как сейчас говорят. Но проблема в том, что в результате их действий пришли к власти люди, которые мне совершенно не симпатичны. Такое вот двоякое [отношение].

- Чем именно Вам не понравились новые власти Украины?

- Откровенно прозападной позицией. Они забыли, что Россия им ближе. Что они стоят на передовой и им надо выбрать. Они выбрали другую сторону. Я с этим не согласен. А уж после того, как они начали… Вместо того, чтобы договариваться со своими людьми, хоть какой-то диалог включить, они просто начали давить. Я их даже не осуждаю за это дело, я просто с ними не согласен.

- Когда приняли решение, что пойдете в ополчение?

- В мае. Вернее, еще в марте хотел поехать в Крым, там помочь. Через местных казаков попросил навести справки как там и что. Связали меня кое с кем, сказали, что там все нормально, нет необходимости ехать. Ладно, все, успокоился.
В мае на Донбассе началась стрельба, и я говорю семье: «Отпустите меня, я туда поеду». Два месяца я их уговаривал, частенько об этом разговаривали. В конце концов сбежал.
Через тех же казаков. Тут был попутный груз гуманитарной помощи ополчению со Свердловской области, вот меня на этой машине и довезли… Там еще были люди, целая группа ехала… Вот мы все вместе и доехали до Ростова, а оттуда в Донецк.
Collapse )

От Брянки до Дебальцево. Часть вторая

Продолжение интервью с ополченцем kyl_tiras

*****
- Знали ли Вы заранее, что под Дебальцево будет наступление?

- Слухи были, но когда это будет, где это будет никто не знал. Догадывались примерно, что это будет под Дебальцево, потому что других вариантов особо и не было. Правда, предполагали, что отрезать будут не по линии Логвиново, а по линии Мироновского.

- Какую должность Вы занимали на момент начала операции?

- Штатное расписание в бригаде отсутствовало. Точнее было, но условно и должностей четких не было. «Комода» [командира отделения. – прим.] мне дали ещё под Лисичанском. Было у меня отделение тяжёлого вооружения: СПГ-9, АГС-17, 3 РПГ-7, ПК и ПТРД у меня как у «комода». Под Дебальцево выполнял роли командира подгруппы, заместителя командира группы. Бывала и «автономка», но с малым количеством личного состава: 1-3 двойки.

- С РПГ уже не ходили?

- Мы, когда стали ДРГ, то могли выбирать себе оружие под задачи. Осенью я обзавелся РПК 7.62, а в конце января к нему появился барабан на 75 патронов, чему я был очень рад.

- Как для Вас началось наступление под Дебальцево?

- В 20-х числах января, я уже не помню точную дату, может и 18-19 число, поступил приказ выдвинуться к Ломоватке. В тот же вечер, часов в 9-10, выдвинулись на НП возле Веселогоровки во взаимодействии с ДРГ «Рязань». Днем я по своей привычке включил сканер на радиостанции и услышал, как казаки Дремова ведут наступление в районе или Калиново, или Троицкое. Слышал, как они заходили в него, как пытались закрепиться в поселке, как вызывали поддержку артиллерии, как пытались корректировать ее, как потом «Градами» по себе же попали. Потом видел, как началось наступление 4-й бригады с нашей стороны: пара танков, БМП с двумя ротами пехоты и почему-то с прицепленными сзади полевыми кухнями пошли через Веселогоровку куда-то в сторону Троицкого-Попасной. Зачем-то поперлись прямо походной колонной на укрепленный пункт. Одну из БМП тогда вроде бы ПТУРом подбили. Меня, кстати, еще командование благодарило, что я подсказал, что это наши танки там пошли, а не противника. Это реально меня добило. Вечером через нас прошел экипаж той подбитой БМП, а затем нас на НП поменяла другая группа.
Через пару дней была поставлена задача по занятию Полевого и Санжаровки, корректировке огня по укрепрайону возле Санжаровки. Но выдвижение было неудачным: на полпути, когда только хотели перейти через перевал, нас обстреляли с одной стороны, а когда мы хотели вернуться по дороге, то еще раз обстреляли еще и с другой. Откатились в кювет, вытащили флаг Новороссии, вздернули его на палке, так как догадывались, что с той стороны [откуда стреляли] были танкисты батальона «Август». И вот так вот, помахивая флагом, группа разведки пошла «мириться» с танкистами. Костин, комбат «Августа», нахраписто пытался нас подчинить себе, но я съехал на том, что мне таких приказов не поступало. Тогда он попросил меня помочь найти пропавшие танки. Оказалось, что часть танков под командованием командира разведки «Чиса» куда-то пропала. Обычный бардак: то нет связи, то связь есть, но не поймут где они, хотя находились в 3 километрах друг от друга. Когда мне комбат «Августа» показывал свое расположение на карте, то тыкнул на позицию в 2 км в сторону «укропов» и где-то в квадрате рядом с реальным расположением. Потом посадили нас в БТР, поехали по следам танков. В один момент командир БТРа начал предложил ехать в совсем другую сторону. В общем, вернулись и я сказал Костину, что пусть сам ищет свои танки, а мне свои задачи выполнять надо. Пошли мы в Полевое. К тому времени, когда пришли туда, танки «Августа» заняли и Полевое, и Санжаровку. Нам поставили иную задачу по занятию одного их домов в начале Санжаровки и разведки оттуда. Ночью к нам пришли разведчики из «Августа» и, помявшись, спросили: «Пацаны, у вас карта есть? Дайте хоть посмотреть, где мы!» Выяснилось, что этот командир отделения подходил к «Чису» с такой просьбой, а тот сказал, что, мол, тебе карта не положена. У меня была с собой карта-генштабовка, «пятисотметровка», распечатанная из интернета, где был обозначен укрепрайон и условное размещение техники на нем. Вот ее показал им, они поблагодарили, мол, наконец-то карту увидели.
Collapse )

От Брянки до Дебальцево. Часть первая

Интервью с ополченцем kyl_tiras

*****
- Расскажите о себе.

- Мне 22 года, я уроженец города Брянка Луганской области. До войны работал на заводе. По паспорту я украинец, по духу… Донбасс, в принципе, интернациональный регион. Здесь можно найти людей со всего Союза, разных национальностей.

- В армии служили?

- Нет, меня по состоянию здоровья за хронический гайморит списали.
До событий Майдана 13-го года я считал себя патриотом Украины. Даже в его начале я, как и многие, поддерживал его идеи, потому что действующая на тот момент власть не нравилась никому. Я был даже согласен с выражением «Спасибо народу Донбасса за президента-п***са». Потом посмотрел на то, что творится на Майдане и понял, что без огромного вливания денег, без внешнего руководства такое сделать нереально. Когда закончился Майдан, и у нас на Донбассе начались митинги, то я на них начал выходить. Но без особой активности. Под зданием СБУ в Луганске на митинге пару раз был в апреле, но мне тамошний контингент не понравился. В начале апреля организовали блокпост в Брянке, дежурили на нем, там же приняли решение присоединиться к Мозговому. Собирались многие, но пошли к нему в 20-х числах апреля только человек 10. Мозговой в то время уже перебазировался из Луганска в район Нижней Ольховой.
Там впервые начали создавать организованный отряд, начались первые попытки обучения.

- Что именно побудило Вас пойти в ополчение? Вы предполагали, что украинская армия может предпринять какие-либо силовые действия против несогласных с новыми киевскими властями?

- Когда я вступил в ополчение, то еще не было понятно, что в итоге будет. Мы реально не могли предположить, что будет война, что Украина начнет полномасштабную войну против нас. Поначалу мы просто хотели не допустить событий, имевших место быть на Западной Украине. Когда «Правый сектор» (организация запрещена в РФ. - прим.); с группами самообороны Майдана захватывали воинские части, разоружали их. Когда в том же Харькове они людей просто расстреливали.
Потом решили, что необходимо провести референдум, на котором люди могли бы принять решение о присоединении к России. Как Крым. Или же об автономии в составе Украины. Основная масса хотела присоединиться, автономии желал небольшой процент населения. Часть людей с самого начала хотела присоединения. Помню, на том же митинге под СБУ одно не очень трезвое тело кричало в стиле экзорциста: «Путин, приди!» Но Путин не пришел…

- Кстати, по поводу Крыма. Как Вы восприняли появление «вежливых людей» и его дальнейшее воссоединение с Россией?

- Положительно.

- Вы говорили, что были патриотом Украины. Не было возмущения, что другое государство…

[перебивает]- Какое другое государство?! Народ-то один. Да, я был патриотом Украины, но потом все переосмыслил. Часто вспоминаю одну фразу из песни Люмена: «Я люблю свою страну, но ненавижу государство». Если бы украинские власти не проводили политику «разделяй и властвуй», все время стравливая Восток с Западом, то эти части могли бы спокойно и мирно сосуществовать вместе. Никакой ненависти изначально не было. Мы, конечно, помнили бандеровцев 40-50-х годов, но ненависти к своему народу не было. Сейчас у основной массы населения здесь [на Донбассе] она, конечно, присутствует. Но у меня ненависти к Украине нет.
Collapse )